Не хочу быть учителем… труда

Что и говорить, а положение учителя в России потихоньку выправляется. Нищенское существование, которое влачили учителя на рубеже ХХ-XXI веков, теперь воспринимается как страшный сон. В школы после долгого, почти двадцатилетнего перерыва наконец-то пошла молодежь. В крупных городах зарплата молодого учителя вполне позволяет содержать семью, да и престиж профессии… не вырос резко, но подрос за последние 3-4 года – достаточно поинтересоваться конкурсом и проходным баллом в педагогических вузах. Даже не очень престижные направления – география, биология, ОБЖ – переживают наплыв абитуриентов.

 На этом фоне плачевным выглядит положение технологического образования. Да-да, за этим красивым выражением прячутся не кто иные, как учителя труда. Даже лучшие педагогические вузы страны вынуждены завлекать будущих трудовиков дополнительной, более «хлебной» специальностью – информатикой, экономическим образованием или художественно-эстетическим творчеством.

 Желание абитуриентов «подстраховаться» вполне естественно. Учитель труда в наши дни – наверное, самая неблагодарная из всех педагогических профессий. При всех минусах ЕГЭ, для многих учителей-предметников он сейчас служит своеобразным щитом: необходимость сдавать «страшный» экзамен – чуть ли не единственное, что заставляет большинство школьников учиться и слушаться учителя. Физкультура и ОБЖ, по которым ЕГЭ не сдают, получают широкую поддержку как предметы, полезные для здоровья школьников. Учителя рисования и музыки в более-менее престижных школах получают дополнительные часы (и дополнительное уважение коллег и родителей!) за счет модных «культурных» дисциплин – МХК, ритмики и т.д. И только трудовики, за редким и счастливым исключением, оказываются в аутсайдерах.

Падение престижа ручного труда началось еще в позднесоветские годы, вместе с падением престижа рабочих профессий. Правда, труд для девочек сдавал позиции медленнее: вплоть до последнего времени умелые руки были обязательным атрибутом завидной невесты. По личному опыту автор помнит, что в самом начале нулевых уроки труда воспринимались девочками как не всегда приятная, но необходимость: мамы и бабушки тогда еще многих стращали, что неумеху замуж не возьмут. И дети, и родители понимали к тому же, что школьные уроки труда дадут девочке что-то, чего старшие женщины в семье не дадут никогда (например, мама не умела вязать, и полезный навык приобретался именно в школе). Из мальчишек же добросовестно учились ручному труду единицы, и труд этот был примитивен: сколотить табуретку, вырезать из дерева ложку. Станки в школе имелись, остались с доперестроечных лет, но мальчиков к ним уже не допускали: учитель и руководители школы побаивались, что те или себя нечаянно покалечат, или оборудование окончательно доломают…

труд 2

В течение первого десятилетия XXI века россияне, кажется, уверили себя, что умение работать руками – совершенно не залог благополучия. Даже обыденный, домашний труд стал восприниматься как нечто лишнее: зачем он нужен в наш век «продвинутой» бытовой техники, наемных мастеров и покупной еды? Но финансовый кризис напомнил нам, что умелые руки в трудное время – прекрасное подспорье, а иногда и залог выживания. Вчерашние бухгалтеры и менеджеры достали из дальнего ящика спицы, лобзики, швейные машинки – счастье было тем, кто умел ими пользоваться и делать хорошие вещи для себя и на продажу! Когда экономическая ситуация стабилизировалась, многие из них, особенно женщины, так и не вернулись в офисы: оказалось, что швея-надомница может зарабатывать не хуже, а времени на дом, семью и собственные интересы при такой работе остается больше.

Казалось бы, после такого урока судьбы россияне должны были вспомнить о труде в школе. Но технология, как называют этот предмет официально, по-прежнему переживает не лучшие времена.

Если заглянуть в советское прошлое и порасспрашивать родственников, хотя бы 60-х годов рождения, выяснится интересная вещь: школьники тогда должны были не только усердно заниматься на уроках, но и практиковаться на настоящем производстве. Больше того, выпускникам, помимо аттестата, выдавались документы, подтверждающие овладение рабочей профессией и присвоение разряда. Юноша, окончивший школу с отличием, мог поступить в известный и престижный институт, технический например. Мог стать инженером или ученым. Но в сложный момент жизни, в случае потери работы или острой необходимости подработки, он всегда мог вспомнить, что он еще и… слесарь, например – и в минуты отчаяния это спасало. В лихие 90-е более-менее сносно выживали те интеллигенты, которые умели вдобавок работать руками и не брезговали простым трудом. Неплохо бы помнить об этом и в наше время, неплохо бы и возродить эту практику. Конечно, нормальный родитель хочет своим детям предельно благополучного будущего и надеется, что беды и потрясения обойдут их стороной, а заниматься физическим трудом не придется никогда. Но даже в сытое и благополучное время в судьбе отдельного человека может случиться поворот, когда окажется, что блестящего образования и умения «работать головой» недостаточно. И чем больше видов труда будет ему подвластно, тем выше его шансы заново устроиться в жизни.

Есть еще одна область, где учителя труда нужны остро, трагически остро – это детские дома. В советское время детдомовец выходил в жизнь более приспособленным во многом благодаря тому, что умел что-то делать руками. Современные же детдомовцы не то что ремеслом не овладевают – часто они не имеют элементарных бытовых навыков, совсем не умеют готовить, поддерживать чистоту и порядок в своем жилище, распоряжаться деньгами. Конечно, это далеко не единственная и, наверное, не главная их проблема. Но неумение самим о себе позаботиться становится для них мощным дополнительным фактором маргинализации. Возможно, хотя бы в целях эксперимента следовало бы попробовать ввести в детских домах дополнительную ставку учителя труда, который занимался бы с детьми дополнительно к школьным урокам и следил за тем, чтобы они получили достойные навыки домоводства, с которыми можно спокойно выходить во взрослую жизнь?

Так или иначе, пренебрежительное отношение к труду как школьному предмету и к рабочим профессиям – фактор, который может болезненно ударить по обществу в целом и по судьбам отдельных людей. Стоит подумать об этом. А пока педагогические вузы пытаются набрать будущих трудовиков – и набирают, хоть и, простите за каламбур, не без труда.

Автор: Наталья Веред

Загрузка...