Собака лает, караван идёт … только непонятно куда

Стоит сразу отметить, что к величайшему сожалению, в данном случае в роли «собаки» опять выступает население нашей страны.

Не успело высохнуть шампанское после празднования отмены принятого ранее «закона о шлепках», не успели стихнуть фанфары на многочисленных круглых столах, публичных слушаниях и прочих общественных мероприятиях, где защитники традиционных семейных ценностей радовались, что Президент РФ обратил внимание на проблему проникновения в наше общество ювенальных технологий, и отмечали жалкий вид тех, кто оправдывал незаконные действия органов опеки и полиции по изъятию детей, как сверху опять прилетело … Давайте разбираться, что на этот раз.

В середине февраля в Государственную думу Российской Федерации Правительство РФ (опять наше любимое Правительство) внесло на рассмотрение проект федерального закона № 103372-7 «О внесении изменений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации (о порядке осуществления гражданского судопроизводства с участием несовершеннолетних)».

В пояснительной записке к законопроекту красной нитью проходит мысль о необходимости приведения законов нашей страны в соответствие с Европейской конвенцией об осуществлении прав детей от 25 января 1996 г. Стоит напомнить, что эта конвенция хоть и подписана, но до сих пор не ратифицирована Российской Федерацией, несмотря на то, что, как сказано в пояснительной записке Правительства РФ, «ратификация названной Конвенции предусмотрена в числе первоочередных мер Национальной стратегией действий в интересах детей на 2012 — 2017 годы». А происходит затягивание этого процесса, в том числе и потому, что родительской общественностью этот документ воспринимается как ювенальный, нацеленный на разрушение традиционных устоев российской семьи, и его принятие вызывает активное недовольство большой части населения.

Основной удар по традиционной семье наноситься в пункте 3 рассматриваемого законопроекта, в соответствии с которым статья 52 Гражданского процессуального кодекса РФ дополняется двумя частями. Согласно предлагаемым изменениям «законный представитель недееспособного или не обладающего полной дееспособностью гражданина может быть отстранен от участия в деле по ходатайству лиц, участвующих в деле, если он злоупотребляет предоставленными ему полномочиями, в том числе создает препятствия для реализации прав и законных интересов представляемого, реализует собственные права и законные интересы в ущерб интересам представляемого, либо его действия иным образом наносят ущерб интересам представляемого. В этом случае к участию в деле допускается другой законный представитель недееспособного или не обладающего полной дееспособностью гражданина», а «в случае невозможности замены законного представителя интересы недееспособного или не обладающего полной дееспособностью гражданина представляет адвокат». Вторит этому предложению и пункт 6 законопроекта, в соответствии с которым «при производстве процессуальных действий с участием несовершеннолетнего присутствует его законный представитель, если это не противоречит интересам несовершеннолетнего».

Получается, что если кому-то из «лиц, участвующих в деле» покажется какое-либо злоупотребление со стороны родителей, то последние будут отстранены от рассмотрения дела. Как сказано в пояснительной записке к проекту «предполагается, что между законным представителем и представляемым им лицом не должно возникать конфликта интересов». Позвольте, но «конфликт интересов» между детьми и родителями возникает постоянно от нежелания ребёнка соблюдать распорядок дня, до выполнения каких-либо поручений и задач. Процесс воспитания неразрывно связан с тем, что ребёнка учат делать не только то, что хочется, но и то, что нужно, совершать поступки учитывая не только сиюминутные побуждения, но также последствия своих действий. По крайней мере таким видится традиционный подход к развитию детей. Особенно затруднён этот процесс в обществе, нацеленном на создание из детей бездумных потребителей, лишенных возможности анализировать, для которых существуют исключительно собственные желания и потребности. Хотя несомненно для построения такого общества данная инициатива как нельзя кстати: родители полностью теряют контроль над воспитанием ребёнка, их авторитет окончательно падает по причине отсутствия возможности каким-либо образом влиять на поступки своих детей.

Опять в законопроекте в огромном количестве используются неопределённые понятия «интересы» и «права»! Что кроется за этими словами?! Есть сомнения, что в первую очередь будут учитываться права ребёнка воспитываться своими родителями и главный интерес, заключающийся в сохранении семьи!

В соответствии с пунктом 6 законопроекта «при производстве процессуальных действий с участием несовершеннолетнего, не достигшего возраста шестнадцати лет либо достигшего этого возраста, но страдающего психическим расстройством или отстающего в психическом развитии, участие педагога или психолога обязательно». Таким образом, вне зависимости от желания родителей (законных представителей) ребенку назначают психолога или педагога, который принимает участие в производстве процессуальных действий.

В соответствии с пунктом 7 этого проекта закона «суд вправе не допустить к участию в допросе несовершеннолетнего свидетеля его законного представителя, если это противоречит интересам несовершеннолетнего свидетеля», однако при этом «при допросе несовершеннолетнего свидетеля суд обеспечивает участие педагога или психолога». Получается, что этот назначенный психолог-педагог обладает большими правам, чем родители!

Конечно утверждать, что навязывание участия психолога в судебном процессе, однозначно плохо было бы не уместно, если бы не многочисленные случаи, когда порой странные, субъективные мнения «специалистов» приводят к разрушению семей. В одном случае (дело Макарова), в частности из-за того, что психолог на рисунке ребёнка кошкин хвост приняла за что-то неприличное, отца девочки осудили за домогательства (хотя, создаётся ощущение, что в данном случае вопросы должны возникнуть прежде всего к здоровью психолога). Также можно привести пример (дело зеленоградской семьи Дель), когда, в том числе, на основании того, что психологам не понравилось, как дети распределили членов семьи между двумя нарисованными домиками, органы опеки изъяли их из семьи (причем не всех, а выборочно, что, как минимум, не вполне логично). Подобные примеры заставляют засомневаться в приоритете таких «специалистов» над кровными родителями.

Таким образом, анализ законопроекта показывает его антисемейность и направленность на разрушение традиционных ценностей. Более того, можно говорить о том, что принятие этого закона фактически вводит в действие институт «ювенальных судов» и «презумпцию виновности» родителей, которые по любому недовольству ребёнка или судьи могут быть отстранены от рассмотрения дела с участием их детей.

Расстраивает тот факт, что законодательная власть игнорирует возрастающую напряжённость в вопросе неправомерного изъятия детей и продолжает гнуть ювенальную линию, навязываемую нам западными «партнёрами», причем всё больше по-тихому, без общественного обсуждения. Несмотря утверждение некоторых общественные деятелей, что дети остались по сути единственной ценностью у нашего народа и терпеть изъятие их из семей он не станет, на деле получается, что пока терпит или не понимает масштаб проблемы … Но хуже всего, если для нашего народа дети перестают быть ценностью!

Автор: Алексей Дрыга

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе самых важных новостей. Для этого достаточно иметь Telegram на любом устройстве, пройти по ссылке и нажать кнопку Join.